пятница, 26 февраля 2016 г.

Зимние приключения на Казбеке

 О попытке восхождения.


Все началось как обычно - внезапно. Обмороженный палец быстро восстановился, и, узнав у своего старшего товарища - Олега Рыжанова, по прозвищу "Душман" о его предстоящем восхождении на Казбек с группой, решил присоединиться и сходить зимой на давно знакомую гору. Времени оставалось много, и я понемногу начал тренироваться, возвращая потерянную форму. В один из дней мне написала приятельница из Петербурга, Альфия, и предложила покататься по снежным склонам в Грузии, на что я сделал ей контрпредложение и позвал с собой на Казбек. Альфия - девушка необычайно смелая, ей привычно не только взбираться на горы, но и ходить по морям. Недолго думая она согласилась - давно хотела сходить на эту гору, хотя зимнее восхождение и вызвало много вопросов. Месяц спустя, после обоюдной разносторонней подготовки, я встретил ее в аэропорту. Собрав вечером рюкзаки с запасами снаряжения и еды, мы собирались утром выезжать на два дня раньше группы Душмана, для лучшей акклиматизации.

разнообразные сухофрукты - часть нашей еды

Все шло по плану, и утром следующего дня мы мчались к начальной точке нашего путешествия - селению Тменикау. Нашим надежным водителем был Игорь, более известный как "Псих". Свое прозвище он оправдал после того как мы прошли пограничный контроль на заставе в Кармадоне, попытавшись проехать до селения по обледенелой местами дороге - ничего не получилось, но было весело. Попрощавшись с нашим позитивным другом, мы зашагали по дороге к селению. Погода в начале пути была ясной и теплой.

Погода - весенняя

Проходя через Тменикау, мы встретили знакомых мне местных жителей, Костю и Свету. Немного поговорив и обсудив наш крайне неразумный с их точки зрения план, пошли дальше по дороге, перешедшей в тропу. Со слов пытавшегося пройти несколькими днями ранее этой тропой знакомого, все было под глубоким непроходимым снегом. Но на деле все было совсем неплохо и несложно.

Мимо одной из сошедших лавин

Замерзший водопад слева так и манит


Мы относительно быстро прошли весь путь этого дня до горячих источников, проходя по плотному снегу сошедших лавин и тропе. Вечером, откопав площадку в базовом лагере вблизи источников, приготовились к тренировочному выходу на ледник Майли. Ранний подъем был необязательным, поэтому мы хорошо отдохнули и неторопливо вышли со свежими силами. Пройдя шаткий мост через полузамерзшую реку, мы поднялись по занесенной снегом тропе к началу ледника. Перед ледником, пробираясь среди осыпи, я внезапно угодил в небольшую яму под камнем, который сразу же придавил мою ногу в ботинке, словно ждал этого момента. Чертыхнувшись, я использовал изогнутый клюв ледового инструмента как своеобразный рычаг и вытащил ногу из каменного капкана. Все обошлось, и вскоре мы выползли на ледник по короткому ледовому склону, покрытому снегом. На леднике я привычно провалился в пару занесенных снегом узких и неглубоких трещин, но все обошлось.

Ух, горы!
Вернувшись к палатке, мы заняли остаток дня отдыхом в горячих источниках - последующие дни предполагалось много ходить днем и мерзнуть вечерами. Ночью шумел ветер, шуршала в оставленном снаружи пакете с едой мышь, испортившая мой творог, а к утру по палатке зашелестел небольшой снегопад. Однако видимость оставалась вполне приличной, мы собрали палатку и пошли проторенной тропинкой к леднику и выше, по снежному кулуару к следующему месту ночевки, небольшому уступу на высоте 3100 м.

Зеленый человечек упорно идет вверх

Пейзажи вокруг были однообразного бело-серого оттенка, но изредка на небе, за облаками, проскальзывало солнце, и в эти моменты окружающие нас камни, снег и лед становились необычайно красивыми, искрящимися туманным светом. Дойдя до кулуара перед ледопадом Майли мы немного отдохнули и начали прокладывать путь вверх в глубоком снегу, придерживаясь безопасных линий вдоль скал. Проложенные Душманом перила из металлического троса не помогали, большая их часть была под снегом. Поэтому мы почти не тратили время и силы на раскопки перил, а пробивались вверх по глубокому снегу. Пройдя кулуар, мы пересекли его и выползли к площадке на уступе. До наступления темноты было еще много времени, и быстро установив палатку, мы растопили снег и приготовили обед из сублимированных продуктов. Нас окружали суровые, но особенно красивые зимние горы, а под нами, в ущелье, ветер колыхал серое море из облаков, которое растворилось в ночи, открыв огни города на равнине.



С высотой ветер немного усилился, и ночью его порывы налетали палатку, мешая мне спать. Альфия спала крепким сном, и не проснулась бы, даже если бы неподалеку сошла большая лавина. Счастливая. Зато утро выдалось тихим, и мы снова полезли выше, отыскивая тропу среди нагромождения скал, занесенных снегом. Так как во главе нашей связки шел я, то по моему обыкновению путь был проложен не самый легкий, но зато прямой - местами в лоб по старым тропинкам на ребре, выводящему к площадкам на высоте 3500 м.

Но они не были конечной целью этого дня. Подгоняемые начавшимся ветром мы продолжили путь, пересекая широкие снежные кулуары со следами лавин, поднимаясь все выше, к площадке под большим жандармом на высоте 3700 метров. В основном снег был неплохим, хорошо слежавшимся и приглаженный ветром, поэтому не вызывал больших опасений. Пройдя широкие снежные кулуары и черные камни осыпей, мы выбрались под большой жандарм и успели поставить палатку до заката солнца, очистив от снега площадку. Погода оставалась неплохой, и мы наблюдали за красивой оранжевой луной, медленно выползающей из-за гребня со снежными флагами, признаками ветра. Растопив снег и приготовив запасы воды, мы затаились в спальных мешках с надеждой на хороший отдых и завтрашний день, стремящийся к высоте 4200 м. Но большие белые великаны вокруг нас думали иначе и устроили нам хорошую ночную трепку. Ближе к полуночи ветер начал дуть со все возрастающей силой, и порывами пытался столкнуть наш маленький оранжевый домик вниз по склону. Нехотя пришлось выползти наружу и провести час, вновь растягивая палатку за все ее крепления. В ход пошли репшнуры и веревка, которой я закрепил палатку за большие камни. Порывы ветра несколько раз лишали меня равновесия, но я удачно приземлялся рядом с палаткой. Альфия тем временем удерживала оборону изнутри, наблюдая сквозь тент за крутящимся вокруг палатки огоньком моего фонарика. Наконец, изрядно притомившись, я оглядел оборонительные укрепления и решил, что теперь нам не страшен даже ураган. Однако у ветра были свои соображения насчет моей работы и он не только не думал утихать, но и стал дуть все сильнее, участившимися порывами ударяясь в тент, словно большая волна о борт небольшой лодки. О сне не могло быть и речи - нам пришлось защищать палатку, удерживая тент своими спинами. Мудрая напарница предложила нести вахту, и мы сменяли друг друга каждый час, прижимая спины к борту палатки и получая пинки от ветра... Утро, которое как мы ожидали, должно было принести ослабление ветра, в конце-концов наступило, но не принесло ожидаемого облегчения. Наоборот, ветер, словно разъяренный тем, что не смог ночью выбросить нас с площадки, усилился. И если я думал, что мы можем ещё немного подождать и затем продолжить восхождение, то у напарницы был противоположное мнение и ответ - "Бо, палатка разваливается". Палатка трещала и изгибалась, мои ночные растяжки за большие камни ослабли и нельзя было терять ни минуты. После того как дуги просто проткнули свои углы в днище палатки, и палатка потеряла ветроустойчивую форму, мы начали экстренно собираться. Ползком выбравшись наружу, мы наспех упаковали палатку и начали спуск. Ветер не стихал, и с каждым порывом приходилось прижиматься к осыпи, а затем и к снегу в кулуарах, защищая лицо от прилетавших с ветром мелких камней.


Стойкая напарница держала удары стихии и молча спускалась следом. За ночь местами мягкий снег превратился под воздействием ветра в бетон, который с трудом пробивался ботинками в кошках. Но чем ниже, тем слабее становился ветер, однако порывы его все равно не давали расслабиться. Дойдя до прежней ночевки на 3100 метрах, подумали - а не остановиться ли на ночевку. Но нужно было спускаться, несмотря на крайнюю усталость - погода была непредсказуемой, и мы стремились к более безопасному месту у источников. Медленно спустившись по кулуару к леднику, мы побрели по занесенному снегом льду к ждущему нас отдыху и спасительной горячей воде. И тут моя напарница нарушила традицию, по которой обычно падал я и сама наступила в небольшую трещину ногой. Опершись палкой в снег над трещиной, она провалилась вместе с рукой, и барахталась на боку, как неведомое зеленое существо на берегу белого океана. Прости, Альфия, но это было забавно, даже несмотря на ситуацию!

и санки не нужны

Выбравшись из ледяного поля без приключений, мы спустились под ледник и уже в темноте спускались по моренному холму к заветным ночевкам. Наконец мы увидели мост и через несколько минут уже подошли к источникам. Здесь же, на небольшой площадке мы торопливо поставили палатку и заползли в источники. Выползать обратно на морозный воздух совершенно не хотелось, и мы просидели в них несколько часов, но после все же пришлось перейти в палатку и зарыться в покрытые инеем спальные мешки. Утром мы проснулись от шагов возле палатки. На площадках неподалеку стояли палатки, и народ понемногу начал выползать из них, любопытно осматривая наше убежище. Мы познакомились, немного поболтали и дождались пока вернется руководитель их группы, ночевавший в своей хижине. Веселый балагур Душман появился вместе со своим псом Дервишем и товарищем Стасом. Он был рад видеть нас, и как обычно шутил, скрывая за седой бородой своего грубого юмора радость от встречи с друзьями. Придя к источникам на два дня позже нас, он с со своей командой попал в непогоду, которую мы наблюдали с ночевок выше. У нас же было ясное небо, но сильный ветер, помешавший нам продолжить восхождение.

Дервиш в ожидании колбасы

Оставив Душмана и компанию плескаться в источниках, мы собрались и отправились обратно в Тменикау, где нас должна была ожидать машина. Дервиш, покинув хозяина, всю дорогу шел с нами.

Вниз!

Перед селением пес начал задирать ослов, пасущихся у дороги. Ослы не понимали его собачьего юмора и пытались догнать обидчика, но куда-там! Дервиш умело вертелся вокруг них, как волчок, и рычал по доброму на глупых животных. Дойдя до села, пришлось привязать пса, который пытался повторить свой номер на овцах. Вышедший на шум Костя пригласил нас к себе, и мы провели некоторое время в ожидании транспорта. Пока мы ждали машину, в дом Кости ввалился шумный Душман, вышедший немного позднее нас, и принялся шутливо обвинять нас в похищении его пса. Отмахнувшись от него, мы сели в подъехавшую машину, водитель которой, Василий, быстро домчал нас до Владикавказа. На этом наши горные приключения закончились/